«ГОСПОДИН ИЗ САН-ФРАНЦИСКО»

Трагизм жизни, отчаяние автора переданы в одном из самых известных рассказов «Господин из Сан-Франциско», созданном в 1915 году, когда шла империалистическая война. Основным лейтмотивом являются слова Апокалипсиса: «Горе тебе, Вавилон, город крепкий. Писатель не приемлет тот мир, в котором живёт, и даёт в рассказе почувствовать читателю резкую отрицательную характеристику буржуазной цивилизации.

Первоначальное название рассказа было «Смерть на Капри». Историки литературы считают, что этот рассказ тесно связан с другими его рассказами 1914–16 гг. – «Братья» и «Сны Чанга», составляя вместе с ними своеобразную художественно–философскую трилогию. Автор использует интересные приёмы обобщения и осуждения социального зла, воплотившегося в образе главного персонажа, в нём высвечены те черты личности, которые типичны для людей богатых, он – один из многих, подобных ему. Бунин достиг обобщённости образа, не прибегая к речевым характеристикам, внутренним монологам, диалогу. Наличие иронии при изображении Господина не делает его образ гротескным, в лепке этого характера нет карикатурности. Чтобы достичь того положения, которого он достиг, необходимы деловая хватка, воля, ум, знания. Перед нами очень богатый человек, который последовательно стремился к своей цели. И вот к 58 годам, когда убедился, что он почти сравнялся с теми, кого некогда взял себе за образец, «решил передохнуть». Хотя он хотел вознаградить за годы труда прежде всего себя, однако был рад и за жену с дочерью.

В нём воплощены характерные черты того клана, к которому он принадлежит. Это самонадеянность и эгоистичность, убеждённость в том, «что нет и не может быть сомнений в правоте» его желаний, пренебрежительное, порой циничное отношение к людям, которые не равны ему по имущественному положению. Он был обидно вежлив со слугами. И они ощущали в нём враждебную для них силу. Встречая его, «они жались от него к стенке, а он шёл, как бы не замечая их». Высокомерное отношение у него не только к простым людям, но и к отдельным народам. Увиденные в Италии жалкие, «налепленные друг» на друга домишки бедняков вызывают в нём не сочувствие к людям, лишённым элементарных условий существования, а эгоистическое отчаяние от того, «что это и есть надменная Италия, которой он приехал наслаждаться».

Куль еды, азартные игры, танцы – таковы развлечения избранного общества. 58-летний Господин думает о любви молоденьких неаполитанок, а по вечерам любуется «живыми картинами» в некоторых притонах. И всё же при всей бездуховности в Господине пробуждается недовольство тем образом жизни, который он ведёт.

Бытует мнение, что отрицательное отношение автора к герою наиболее ощутимо проявилось в сцене смерти Господина, который… «настойчиво боролся со смертью, ни за что не хотел поддаваться ей». Автор заостряет внимание на реакцию «отборного общества» на кончину своего коллеги. При жизни главы семьи к нему было приставлено трое лучших слуг, которые с рвением выполняли пожелания Господина и его домочадцев. Весть о случившемся непоправимо испортила обед «отборного общества», они молча, с обиженными лицами возвращались в столовую, их веселье явно было нарушено, ни у кого не нашлось слов сочувствия семье Господина. Абсолютное равнодушие. Никаких чувств, мыслей по поводу смерти человека. И хозяин отеля был огорчён, он чувствовал себя виноватым, что не смог скрыть случившегося. И у него не нашлось доброго слова семье. Слуги после его смерти зло смеются над покойником.

Писатель показал несостоятельность жизненной философии «отборного общества», видящего смысл жизни в приумножении богатства, которое даёт возможность весело и праздно жить. Оказалось, что всё накопленное Господином не имеет никакого значения перед тем вечным законом, которому подчинены все без исключения. Очевидно, смысл жизни не в приобретении богатства, а в чём–то ином, неподдающемся денежной оценке, - житейской мудрости, доброте, духовности. А вот духовности в жизни «отборного общества» нет. Об этом говорит и их времяпрепровождение, и скучающее восприятие музеев, памятников старины.

С нескрываемой болью Бунин пишет о труде вахтенных, которые мёрзли от стужи и шалели от непосильного напряжения внимания на своей вышке, кочегаров машинного отделения «Атлантиды». Пропитанные грязью и потом, по пояс голые, багровые от пламени, они насыщали исполинские топки углём. А в баре господа «беззаботно закидывали ноги на ручки кресел, цедили коньяк и ликёры». Хибары и дворцы; протянутые за подаянием руки и люди, обладающие миллионами; смокинги и лохмотья – вот те контрасты, которые не приемлет Бунин. Отсюда и едкая ирония в повествовании об «отборном обществе» и сочувствие при изображении униженных. В финале рассказа – гроб в трюме – своеобразный приговор безумно веселящемуся обществу, напоминание о том, что и богатые люди отнюдь не всесильны и не всегда определяют свою судьбу. Богатство – не залог счастья. Последнее - совсем в иных человеческих нумерациях.

Объём рассказа невелик, всего 20 страниц, а как много сказано о людях разных социальных слоёв, их отношении к жизни. Это достигается точностью и выразительностью слова. Вот что узнаём о жене Господина: «Богатая, но по годам была одета его жена». «По годам» говорит о её хорошем вкусе.

Обращает на себя внимание обобщающий образ корабля под названием «Атлантида» - огромного океанского лайнера, модели буржуазного мира с его фальшью, бездуховностью, равнодушием к судьбе простых смертных. Этому символу буржуазной бездуховности противопоставлен океан, солнечный берег Италии и её простые люди (рыбак, абрузские горцы ). Лишь одно слово о залах «Атлантиды», отеля – чертоги – и мы представляем себе роскошь этих больших, великолепно убранных помещений. Или определение - жилистые руки каприйских старух, в этом эпитете трудовая биография женщин, руки которых много потрудились на своём веку. Несколько слов и создан портрет хозяина отеля: «зеркально причёсанный» человек. Не лицо человека, а его причёска, которая затмила всё.

Сложные слова раскрывают богатство красоты природы: «серо–зелёная водяная пустыня», «серебристо–жемчужная рябь залива», «туманно-лазурные»массивы гор. Это образцы словесной живописи. Всё это говорит о том, как весомо каждое слово в произведении.

Движение от экспозиции до развязки – лишь фрагмент неостановимого течения жизни. В рассказе картина воспроизводимого мира намного шире собственно сюжетных временных и пространственных границ. Благодаря автору читатель видит и узнаёт много более того, что способен увидеть и понять герой рассказа. Счёт времени идёт не на часы и дни, а на тысячелетия, на исторические эпохи, а открывающиеся взору пространства достигают «синих звёзд неба». Наблюдается использование образов – символов: бушующего океана, «бесчисленных огненных глаз корабля». Дьявола, «громадного как утёс», капитана, похожего на языческого идола. Для Бунина абсолютная точность подробностей – азы писательского ремесла, отправная точка для создания художественно – убедительной картины. Ярким примером, мотивирующим сюжет деталей в рассказе, является описание вечернего костюма главного персонажа. Деталь в прозе Бунина не связана лишь с конкретным сюжетным эпизодом, а свидетельствует о состоянии мира в целом. Бунин сравнительно нечасто использует в своих описаниях метафоры, но если всё же прибегает к ним, то добивается поразительной яркости. В самых различных комбинациях встречаются сочетания со значением цвета, звука, температуры, объёма, запаха. Бунин любит составные эпитеты, излюбленный его приём – оксюмороны (грешно – скромная девушка). Роль ведущего композиционного начала в рассказе принадлежит ритму. Финальная часть рассказа – своеобразная музыкальная кода – обобщает предшествующее развитие… В способности воссоздавать стереоиллюзию «звонкого мира» Бунин, пожалуй, не имеет себе равных в русской литературе.

Рассказ Бунина о сложном и драматическом взаимодействии социального и природно–космического в человеческой жизни, о претензиях на господство в этом мире, о непознаваемости Вселенной – той красоте, которую «бессильно выразить человеческое слово».

Последнее обновление 14.10.2004
Техническая поддержка ribalov2002@mail.ru

Hosted by uCoz